Яндекс.Метрика
Оформление сайта:
Фон:
Шрифт:
Картинки:
ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ ДЛЯ ЛЮДЕЙ С
ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯ


при поддержке Министерства социальной
политики Свердловской области
ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ
ОБЫЧНАЯ ВЕРСИЯ САЙТА
ПЕРЕВОДЧИК

 

 

 

  • Главная
  • Новости
  • Благотворительность по-шведски: зачем она нужна в социальном государстве

Благотворительность по-шведски: зачем она нужна в социальном государстве

Поделись

Расскажите о новости своим друзьям

В Швеции много высокого — налоги, уровень медицины, доверие к властям. Но и в «скандинавском социализме» есть место благотворительности. Рассказываем о ней на примерах из личного опыта россиян, живущих за рубежом
Скандинавские страны — самый счастливый и благополучный регион мира. В любых рейтингах, измеряющих уровень качества жизни, достатка, образования, счастья, Норвегия, Швеция, Финляндия, Дания и Исландия всегда оказываются в числе лидеров. Казалось бы логичным ожидать того же и от рейтинга развития благотворительности. Однако ни одна из пяти стран в топ-10 не входит, а десять лет назад больше половины стран не входили и в двадцатку. Для скандинавской экономической и политической модели благотворительность остается чужеродным элементом, и сегодня перед регионом стоит вопрос: как его интегрировать, не пошатнув всю модель?

Благотворительность по-скандинавски: есть ли повод для беспокойства?

С 2010 года CAF (Charities Aid Foundation — Благотворительный фонд развития филантропии) публикует ежегодные рейтинги, демонстрирующие уровень развития благотворительности в разных странах. В 2019 году в Норвегии опрос CAF не проводился, но в 2018 году страна занимала 13 строчку рейтинга. В первую двадцатку вошла и Исландия, заняв 17 место. Дания, Финляндия и Швеция, принимавшие участие в прошлогоднем опросе, расположились на 16, 25 и 29 позициях соответственно. Это неожиданно высокий результат для скандинавских стран.

Еще в 2018 году позиции Финляндии и Швеции оставались примерно на уровне 2010 года: Финляндия занимала 44-е, а Швеция — 42-е место, соседствуя с Замбией, Ливаном и Ганой. Норвегия, в свою очередь, десять лет назад находилась на 27 месте рейтинга.

На фоне скандинавского благополучия такая статистика может вызвать недоумение, но лишь при первом приближении.

Тот факт, что жители Северной Европы не горят желанием жертвовать на благотворительность, легко объясним, если вспомнить особенности экономического устройства скандинавских стран и условия социального контракта между государством и его гражданами.

Плати и доверяй

Скандинавская экономическая модель (также известная как «северо европейская социал-демократия» или «скандинавский социализм») представляет собой государство всеобщего благосостояния, где любой гражданин вне зависимости от его происхождения или уровня дохода получает бесплатное образование и медицинскую помощь. Для социально незащищенных групп граждан предусмотрены разного рода адресные программы помощи, а также высокие пособия по безработице, досрочному выходу на пенсию и т.д.

Бесплатная «социалка», однако, обходится скандинавам недешево. По последним данным ОЭСР, уровень налоговой нагрузки в странах Северной Европы — один из самых высоких в мире, а доходы от налогов в каждом из пяти государств составляют от трети до почти половины ВВП страны.

Несмотря на тяжесть налогового бремени, скандинавы продолжают исправно платить налоги. Общество убеждено: все отчисления в бюджет с лихвой окупятся за счет социальных гарантий. Такая модель не могла бы функционировать без еще одного важнейшего элемента скандинавского социализма — колоссального уровня доверия граждан по отношению к государству.

По уровню доверия граждан к своим властям скандинавские страны уже много лет занимают лидирующие позиции во множестве рейтингов и соцопросов. В 2013 году американский The Economist назвал Скандинавию «следующей супермоделью», на которую будут равняться все развитые государства.

В 2019 году Совет министров северных стран (международный консультативный форум, объединяющий Данию, Швецию, Норвегию, Исландию и Финляндию) опубликовал доклад под исчерпывающим названием «Don’t worry be happy — состояние демократии в странах Северной Европы». Авторы публикации, ссылаясь на результаты Европейского социологического исследования (European Social Survey), доказывали, что рейтинг доверия властям в Скандинавии по сравнению с остальной Европой стабильно выше, а уровень вовлеченности в политический процесс растет.

Парадоксальным образом беспрецедентный уровень доверия государству в Северной Европе идет рука об руку с глубоко укорененной в скандинавской культуре традицией индивидуализма. Ларс Трагард, профессор Университетского колледжа Ersta Sköndal в Стокгольме, в своей статье «Секрет их успеха» использовал для описания этого феномена термин «государственнический индивидуализм».

Индивидуализм при этом отнюдь не означает эгоизма или стремления к личному обогащению (они в Скандинавии традиционно не приветствуются), но подразумевает, что каждый человек будет в равной степени обеспечен равными благами. Снова парадокс: индивидуализм по-скандинавски означает социальное равенство.

При этом, утверждает Трагард, несмотря на патерналистскую роль государственных институтов, общество воспринимает государство вовсе не как на Большого брата, стремящегося контролировать и ограничивать свободу граждан. Напротив, государство — это скорее партнер, который, соблюдая условия договора, протянет руку помощи в трудную минуту.

Возвращаясь к данным рейтинга CAF, резонно было бы скорее задаться не вопросом, почему Швеция и Финляндия оказались на одном уровне с Замбией, Ганой и Ливаном, а вопросом, что делают в первой двадцатке Дания, Исландия и Норвегия. Если государство полностью берет на себя заботу о благополучии своих граждан, а граждане исправно оплачивают социальный контракт налоговыми отчислениями, нужна ли такой стране благотворительность как таковая?

Неладно что-то в шведском королевстве…

В 2017 году Шведский предпринимательский форум и банк UBS опубликовали отчет, посвященный текущему состоянию и перспективам развития благотворительности в Скандинавских странах. Отчет был составлен на основании 41 интервью с индивидуальными социальными предпринимателями и и представителями благотворительных организаций из Дании, Норвегии, Швеции и Финляндии. Среди прочего, интервьюируемых спрашивали о том, чем, на их взгляд, обосновано существование филантропии как отдельного сектора экономики в велфаристском государстве.

В ответ благотворители в первую очередь указывали на обострение социальной напряженности в обществе, с которым государство не в состоянии справиться собственными силами. В первую очередь эту напряженность опрошенные связывали с ростом иммиграции.

Особенно актуальна сегодня эта проблема для Швеции: согласно данным ООН о численности международных мигрантов (Total international migrant stock), в 2019 году в Швеции находились 2 005 210 мигрантов, что составляет 20% от общего населения страны.

Волна миграции, к которой страны Северной Европы оказались не готовы, пошатнула основы общественного договора между государством и гражданами. Триада «труд-налоги-соцзащита», на которой зиждется скандинавская экономическая модель, предполагает высокую, почти тотальную занятость населения. Исландии и Норвегии проблема безработицы коснулась в меньшей степени (на сегодняшний день уровень безработицы там составляет 3,5% и 4,3% соответственно). Что же касается трех остальных государств, в них количество безработных больше (6,2% в Дании, 7,4% в Швеции, 9,4% в Финляндии), и процент этот год к году продолжает расти.

Велфаристская модель в случае с мигрантами зачастую не помогает, а наоборот, мешает их интеграции в общество: получая пособие от государства, мигранты не пытаются трудоустроиться. Это, в свою очередь, с одной стороны, усугубляет проблему социальной изоляции мигрантов и приводит к маргинализации отдельных национальных или религиозных сообществ, а с другой — вызывает все большее недовольство местного населения и провоцирует активную публичную дискуссию об изменении общественного договора и передаче части социальных функций государства благотворительным организациям.

Филантропический поворот

В 2018 году в научном журнале The American Behavioral Scientist было опубликовано исследование профессора Филипа Вийкстрема и доктора Стефана Эйнарссона из Стокгольмской школы экономики, посвященное благотворительным фондам в Швеции. Говоря о «ренессансе третьего сектора» в Скандинавии, ученые используют термин «филантропический поворот» (по аналогии с лингвистическим и визуальным поворотами — фундаментальными сдвигами в философии и историческом познании, произошедшими в XX веке, и полностью изменившими облик гуманитарной науки). Начало его Вийкстрем и Эйнарссон датируют рубежом XX и XXI веков, когда началась четвертая волна иммиграции в Швецию, которая продолжается по сей день.

Хронологически исследование охватывает период с 2002 по 2012 год. За этот период в Швеции появилось 1660 новых благотворительных организаций. Деятельность большей их части была связана с социальной сферой и научными исследованиями (по 290 новых организаций в каждой из областей). Всего в 2012 году в Швеции работало 4100 организаций социальной благотворительности и 2800 организаций, деятельность которых была связана с поддержкой науки. Общее количество благотворительных фондов в Швеции в 2012 году составляло 14500, их активы оценивались в €31 млн.

Швеция продемонстрировала наиболее впечатляющий рост благотворительного сектора, однако схожие процессы происходили в этот период и в Финляндии, и в Норвегии. А в Исландии и Дании «филантропического поворота» как такового не произошло. В Исландию мигранты начали приезжать в 2013-2014 году, а иммиграционный бум начинается только сейчас. Что касается Дании, из всех скандинавских стран она проводит наиболее агрессивную антииммигрантскую политику: здесь самая малочисленная в процентном отношении диаспора, а парламент государства имеет самое большое в Северной Европе представительство праворадикальных партий.

Прямая связь между политикой «открытых дверей» и «филантропическим поворотом» прослеживается и в отчете Шведского предпринимательского форума. До середины XX века скандинавские общества в сущности оставались закрытыми от остального мира и сохраняли свой традиционный уклад, объясняют авторы отчета. В рамках этого уклада предпринимательство, личное обогащение и филантропия имели негативную коннотацию, поскольку не соответствовали базовому принципу скандинавской системы ценностей — принципу всеобщего равенства. Только когда Скандинавия открылась для остального мира и стала полноценным игроком на международных рынках, в странах, основанных викингами, появилось место для бизнеса, инноваций и благотворительности. С бизнесом и инновациями Скандинавия уже научилась жить. С благотворительностью — только начинает учиться.

Источник  РБК 

Следите за главными новостями на нашей странице в Вконтакте, в Facebook и OK.

Присоединяйтесь к нам сейчас

Вернуться к разделу

Подпишитесь, чтобы быть вместе!